|
|
|
|
|
|
| | Аналитик Центра исследований армии, конверсии и разоружения Сергей
Згурец: «Украинскую оборонку разрушает не НАТО, а отношение к ней
власти» 22 марта 2007
Ареной политической борьбы в Украине стала даже такая закрытая в
других странах отрасль, как оборонно-промышленный комплекс (ОПК). В
частности, под жесткую критику премьер-министра попал «Укрспецэкспорт»
– Виктор Янукович упрекнул его в сокращении объемов военно-технического
сотрудничества с Россией. О проблемах украинского ОПК читателям «Без
цензуры» рассказывает Сергей Згурец.
– На прошлой неделе в комментарии УНИАН вы сказали, что в последние
годы наблюдается сокращение поставок украинских вооружений и
комплектующих в Россию. А вот гендиректор «Укрспецэкспорта» Сергей
Бондарчук в интервью газете «Коммерсант-Украина» 16 марта заявил, что
«динамика отношений Украины и России в сфере экспорта вооружений в 2006
году по сравнению с 2005-м увеличилась на 300 процентов». Какая же
ситуация с экспортом украинских вооружений в Россию сложилась на самом
деле?
– Поставки военно-технической продукции в Россию осуществляют как
«Укрспецэкспорт», так и ряд предприятий, имеющих право на
самостоятельное ведение внешнеэкономической деятельности, в частности
«Мотор Січ» и «Зоря» – «Машпроект». Национальное космическое агентство
Украины также самостоятельно осуществляет поставки в Россию в рамках
двусторонних программ кооперации по ракетно-космической проблематике.
Третий компонент – собственно поставки «Укрспецэкспорта», и четвертый –
предприятий Минпромполитики по отдельному межправительственному
украинско-российскому соглашению. Каждая из этих составляющих имеет
свою динамику присутствия на российском рынке. И если мы ведем речь о
том, что по сравнению, например, с 2003 годом поставки украинских
комплектующих в Россию сокращаются, то мы говорим обо всех четырех
компонентах.
Общее снижение динамики военно-технического сотрудничества наблюдается
потому, что в последние годы Россия взяла курс на замещение участия
украинских предприятий в производственных циклах своими заводами. И
динамика сокращения участия украинских предприятий на российском рынке
– объективность. Если раньше мы говорили о поставках украинской
продукции в Россию на сумму 600–700 миллионов долларов, то сегодня речь
идет всего о 100–200 миллионах по всем четырем составляющим. Бондарчук
оперирует показателями исключительно «Укрспецэкспорта», и если по его
данным наблюдается рост экспорта, то это говорит о том, что динамика
поставок «Укрспецэкспорта» по прямым контрактам российским заводам в
прошлом году действительно могла вырасти. Общая же динамика снижается.
– Какие отрасли украинского ОПК уже пострадали или пострадают в
ближайшие годы в связи с появлением замещающих производств в России?
– Уже пострадали предприятия, привлеченные к производству комплекса
противовоздушной обороны (ПВО) С-300 и С-400. После разработки ракеты
СС-25 «Тополь» Украина уже не принимает участия в производстве
межконтинентальных баллистических ракет. То есть наша страна почти не
участвует в разработке ракетно-космической техники и систем ПВО. На
очереди российские программы по замещению продукции ПО «Зоря» –
«Машпроект» и созданию на предприятии «Сатурн» собственных мощностей
для производства газотурбинных установок для кораблей. Третья
составляющая – создание Россией собственного производства ракет класса
«воздух–воздух». Последним же этапом замещения станет создание
российских двигателей для вертолетов и военных самолетов. Сейчас эти
двигатели производит «Мотор Січ».
– В каких сферах возможно развитие военно-технического сотрудничества с Россией?
– Все нынешние вооружения – это на самом деле доведение до
коммерческого или серийного производства разработок, созданных во
времена Советского Союза, когда научные школы Украины и России были
фактически единой научной школой. После распада СССР часть этих
разработок довели до экспортных или серийных образцов украинцы, часть –
россияне. Именно поэтому возникла идеологическая подоплека для споров о
том, кому принадлежит та или иная разработка. Некоторые изделия
конкурентны и очень похожи, что провоцирует взаимные обвинения. Это
касается высокоточного оружия, бронетехники, определенных средств
поражения. Если же говорить о вооружении шестого поколения, то тут
сотрудничество имеет перспективу. Речь идет о свободных от
идеологических наслоений проектах, которые могут быть полезны обеим
странам. Например, Ан-124-100 (модификация самолета «Руслан»). Проект
хоть и имеет определенный идеологический оттенок прошлого, однако
свободен от конкуренции между Россией и Украиной.
Развитию сотрудничества очень мешают различные стереотипы, в частности
«натовские» и «антинатовские». Но эти стереотипы очень быстро
разрушаются, когда обе страны понимают экономическую выгоду совместных
проектов. Фактически сейчас Россия намного активнее сотрудничает с НАТО
и европейской оборонной промышленностью, нежели Украина. Перечень
совместных евро-натовско-российских проектов на порядок длиннее (а их
стоимость на порядок или два выше) перечня проектов, которые пытается
реализовать Украина, якобы стремящаяся в НАТО. В этом смысле
идеологические заявления Иванова о том, что вступление в НАТО
принципиально мешает россиянам работать с нашей страной, –
идеологический блеф и попытка спровоцировать внутри Украины неприятие
продвижения в НАТО. В реальности же Россия успешнее, чем Украина,
старается получить выгоду от работы с Европой.
– Как вступление Украины в НАТО повлияло бы на украинский ОПК?
– На украинскую оборонку вступление в НАТО никакого влияния не оказало
бы на первом этапе. Например, Польша вступила в НАТО, и сегодня ее
оборонная промышленность экспортирует оружия почти столько же, сколько
и Украина. И это при том, что два-три года назад Польша занимала
намного более слабые позиции. Влияние вступления на ОПК косвенное,
потому что выживание ОПК де-факто зависит от того, каков внутренний
рынок и насколько внутренний заказ обеспечивает загрузку ОПК. У нас
сегодня 95% продукции идет на экспорт, и только 4–5% может обеспечить
внутренний рынок. Это неправильно. В Германии 6 миллиардов евро
составляет экспорт и 6 миллиардов евро – оборонный заказ. В Украине
оборонный заказ колеблется приблизительно от 50 до 100 миллионов
долларов, тогда как экспорт составляет 600–700 миллионов. Это абсолютно
несовместимые цифры.
В этом случае не НАТО разрушает ОПК, а отношение украинской власти к своей оборонной промышленности.
– Но в Украине уже нет смысла строить, например, океанские авианосцы.
Какие отрасли ОПК нужны для функционирования Вооруженных сил нашей
страны?
– Выживание оборонно-промышленного комплекса зависит от позиции
государства. Есть две стратегии: ОПК для удовлетворения собственных
потребностей или же экспортно-ориентированная концепция развития.
Например, маленький Израиль экспортирует оружие на два миллиарда
долларов, что в два-три раза превышает украинский экспорт и составляет
треть российского. Это результат именно экспортно-ориентированной
стратегии ОПК, а также поддержки всех ветвей власти. Если мы считаем,
что продукция нашего ОПК превышает потребности украинских вооруженных
сил и силовых структур, значит, нужно принять концепцию
экспортно-ориентированного ОПК и максимально расширять участие
украинских заводов в чужих экспортных контрактах. Другая стратегия –
увеличить в три или четыре раза оборонный заказ и «кормить» ОПК с
помощью внутреннего заказа. Третий вариант находится где-то посредине.
– На какие рынки ориентируется украинский ОПК сегодня и на какие
перспективные рынки стоило бы обратить внимание «Укрспецэкспорту»?
– На сегодняшний день на страны СНГ приходится 44% экспорта, на
государства Азии – 29%, Африки – 19%, Европы и Америки – по 3–5%. СНГ и
Азия – наши традиционные рынки, которые адекватно воспринимают
технологические предложения того уровня, который предлагает Украина. В
Европе и Америке требования гораздо выше, поэтому и наше присутствие
там значительно меньше. Следовательно, главная задача – расширять в
нашем экспорте евро-американскую составляющую. Это требует перестройки
стратегии работы с европейскими и американскими компаниями не за счет
экспорта, а за счет общих проектов, финансируемых как украинской, так и
европейской стороной. Потому что европейские и американские страны, в
отличие от государств Африки и Азии, оружие не покупают, они лишь
принимают участие в совместном производстве.
Дмитрий Губенко
СПРАВКА «БЦ»
Сергей Згурец – руководитель исследовательских программ ЦИАКР с мая
1999 года. Окончил Львовское высшее военно-политическое училище по
специальности «военная журналистика». Работал в газетах «Народная
армия» и «День», на радио «Свобода», в журнале «Международная
безопасность». С июня 2001 года – главный редактор агентства
Defense-Express.
| |
|
|
|
|
